Было это в стародавние времена, все именно так и случилось, честное слово. Если вы мне

не верите, то и не надо, но сами подумайте, зачем мне врать-то? Врать мне вам совсем ни

к чему, тем более и история это не моя, и людей тех, о которых в ней речь пойдет, я не

знаю. Так что никакого моего интереса тут нет. Потому можете быть уверены, что я

рассказываю все, как мне рассказывали. Ну, а если кто раньше наврал — так Бог ему

судья, а я ни при чем.

У того озера, в котором, как все знают, водится лох-несское чудище, раньше стоял город-

королевство. Называлось это королевство Маврикия. Правил им король Дормидонт.

Очень он был умный и отважный человек, при нем Маврикия процвела. Король

Дормидонт дожил до преклонных лет и всегда следил за своим здоровьем. Старался он
любыми способами отодвинуть старость, узнавал, где только мог, рецепты долголетия и

отовсюду выписывал разные чудотворные средства. И надо сказать, весьма преуспел в

решении своей задачи: ему уже 86 стукнуло, а давали ему на вид не более 50! И на коне он

в своем возрасте вихрем носился, и противников в открытом бою рубил, как капусту, и на

пирах был первый кутила, и за женщинами ухлестывал только так. К 86 годам он уже трех

супруг похоронил и женился в четвертый раз на молодой вдове аптекаря Маддалене.

Если честно, то король Дормидонт ее вдовой и сделал: велел арестовать ее мужа,

подвергнуть пыткам, чтобы тот признался в дружбе с нечистой силой, а после признания

— сжечь на костре как чернокнижкника. Зачем король такое учинил? Он сразу положил

глаз на Маддалену, встретив ее как-то на улице. Маддалена продавала всякие снадобья

для женщин, чтобы поддерживать красоту. Король Дормидонт, охочий до всяких средств

против старения, как увидел ее банки-склянки, так на них и запал. И давай ее

расспрашивать, что зачем, какой мазью мазаться от морщин, какой — от пигментных

пятен. Купил у нее добрую половину товара, на следующий день пришел за остальным.

Да расспросил невзначай, откуда у нее все это добро. Маддалена возьми, да и расскажи,

что ее муж, аптекарь, все это сам изготавливает. Тогда король еще с ней поболтал и

спрашивает: «А пойдешь ли ты за меня замуж, красавица Маддалена?» Та удивилась: «А

разве кто, ваше величество, от живых мужей замуж-то выходит?» «От живых-то — нет, а

вот от мертвых…» — сказал король. Ну вот… Остальное вы уже знаете. Вскоре после

казни аптекаря пришли к Маддалене и велели со всеми оставшимися после супруга

банками-склянками пожаловать во дворец. Она не посмела ослушаться высочайшей воли,

и в тот же день стала очередной женой короля Дормидонта и королевой Маврикии.

Уж и не знаю, как складывались отношения у этой пары, но только король, женившись на

Маддалене, вскоре взялся за старое: не пропускал мимо себя ни одной хорошенькой

женщины, благо в своем возрасте оставался вполне крепким и любвеобильным мужчиной.

Впрочем, поговаривали, что королева Маддалена устраивала супругу скандалы за его

измены и грозилась взять оставшиеся после мужа-аптекаря книги и превратить в жабу или

змею, если он немедленно не прекратит. Король после таких выступлений Маддалены

клялся ей в верности, но хватало его ненадолго. Он же должен был постоянно доказывать

себе и окружающим, что еще ого-го!

Не верите, что человек столь преклонного возраста может колобродить, как колобродил

король Дормидонт? Так обычный человек и не может. А у короля Дормидонта была, как я

уже говорил, коллекция средств против старости. Очень помогали ему хорошо выглядеть

мази и кремы мужа Маддалены. Но самым лучшим по эффективности средством были

молодильные яблоки. Наверняка вы о них слышали, в каких только сказках о них не

рассказывается! Эти яблоки сегодняшние генетики назвали бы генетически

модифицированным продуктом, своего рода БАДом. Но — неважно, главное — что они у

короля были, он их ел, и ему помогало.

Но они у царя Дормидонта были в ограниченном количестве. (Дело в том, что привозили

их через семь морей раз в три месяца по тридцать штук; единственная в мире яблоня,

которая приносила эти яблоки, давала небольшой урожай — и его распределяли с учетом

интересов всех заинтересованных лиц.) За три месяца царь Дормидонт съедал 30 яблок, то

есть по яблоку в три дня. Ну да ему и этого хватало!

И вот однажды король Дормидонт пошел в свою сокровищницу и открыл особый ларец,

где хранились молодильные яблоки. Смотрит — а их там нет! Должно было оставаться

еще 5 яблок, на 15 дней, но — кончились! Бедный король весь побледнел, глазам своим не

верит, его прямо заколотило. Как так? Кто покусился на его святая святых? Стал он

ногами топать, раскричался. На шум прибежали слуги, он выхватил кинжал — машет им,

кричит, что всех убьет, если сейчас же не вернут ему яблоки.

И тут заходит в сокровищницу королева Маддалена и спокойно так говорит ему:

— Не шуми и никого не пугай. Поделом тебе, что остался без своих яблок. Это тебе за то,

что до старости дожил, а как был гулякой, так и остался.
— До какой такой старости? — испугался король Дормидонт. — Я еще ого-го!

— В твоем возрасте о душе пора думать, а ты все туда же… Недостаточно тебе кремов и

мазей моего покойного мужа, яблочек тебе подавай, чтобы уж бесноваться так

бесноваться! — в сердцах бросила королева Маддалена и ушла в свои покои.

Делать нечего. Король еще побесновался, но понял, что никто ему яблоки не вернет, и

кое-как взял себя в руки. Две недели, пока не было яблок, вел он себя как тихий ангел.

Королева Маддалена на него нарадоваться не могла. А потом привезли новую порцию

яблок — и все пошло по новой: пьянки, гулянки, неистовые скачки…

И в разгар всех этих похождений снова приходит король Дормидонт за яблочком — а в

ларце пусто! Он давай опять беситься, кинжалом махать.

И снова королева Маддалена его на место поставила:

— Сказано тебе было: кончай со своим разгулом, мажься мазью для молодости — и

хватит с тебя. А тебе все как об стенку горох. Скажи спасибо, что только яблоки у тебя

пропали, что ничего хуже не случилось!..

Снова король побушевал и успокоился — и прожил на этот раз уже почти целый месяц

кротко и благочестиво. А как привезли новые яблоки, снова пустился во все тяжкие.

Только на этот раз он предпринял меры, чтобы его яблочки никто не утащил. Велел

своему верному конюху Освальду не спускать с заветного ларца глаз, сторожить его

денно и нощно.

Не спал Освальд одну ночь, другую. На третью задремал. Но перед этим он привязал себя

за руку ниткой к крышке ларца. И вот, ровно в полночь, почувствовал он сквозь сон, что

нитка натянулась. Вскочил Освальд, глядь: кто-то в черном плаще склонился над

открытым ларцом. Освальд схватил вора, откинул капюшон с лица… А это королева

Маддалена. Хотел верный королевский конюх закричать, позвать стражу, да не посмел.

Первый раз увидел он королеву так близко, смотрит, а у нее глаза как фиалки, губы — как

спелая малина, на щеках румянец нежный играет, а на носу — как у девочки — веснушки.

И сжалось его сердце, и понял Освальд, что никогда не сделает он ничего против своей

королевы, а надо будет — и умрет за нее.

А она вздохнула и говорит ему:

— Можешь меня убить. Да, я краду у мужа яблоки, потому что он, как их поест,

становится буйным. А когда яблок нет, он хоть ненадолго приходит в себя.

И по щекам ее покатились слезы. Тут королева всхлипнула и продолжила:

— А еще он убил моего мужа-аптекаря. Тот любил меня, ни на кого кроме меня не

смотрел… Зачем только король Дормидонт на мне женился? Наверное, ему была нужна не

я, а склянки с омолаживающими средствами, что делал мой покойный муж…

Затрепетало сердце Освальда, обнял он королеву Маддалену, прижал к себе и сказал:

— Никому я про тебя не скажу. Делай, что тебе надо. Я всегда буду тебе служить и тебя

защищать. Ты — моя госпожа! Я умру за тебя!

Маддалена улыбнулась, поцеловала Освальда в губы, схватила яблоки и серенькой

мышкой шмыгнула прочь. Долго еще чувствовал он вкус спелой малины…

А наутро пришел в сокровищницу король Дормидонт, открыл ларец и увидел пропажу.

Тут он закричал что есть мочи, позвал стражу и велел схватить Освальда. В тот же вечер

распорядился король отрубить голову своему конюху за то, что тот не уследил за

яблоками.

И вот палач точит топор, глашатай разворачивает свиток, чтобы прочитать смертельный

приговор, а связанный Освальд ждет своей участи. Но тут… раздался цокот копыт по

мостовой. И на белом скакуне к месту казни подлетел кто-то, завернутый в черный плащ.

Всадник спрыгнул с лошади, и все увидели, что это королева Маддалена. Она откинула

капюшон, подошла к королю и швырнула ему под ноги семь яблок со словами:

— Забери свое зелье и отпусти Освальда со мной. Живи как знаешь, мы уйдем от тебя!

— Я о чем-то таком и догадывался, — хмыкнул король Дормидонт. — Правильно сделала,

что вернула мне яблоки, они дорогие. Но куда это ты, женушка, собралась?
— Я не желаю более жить с тобой! Ты не любишь меня, у тебя на уме только одно —

показать всему миру, какой ты молодой и сильный. Ради этого ты готов на все, а я для

тебя — просто игрушка. Отпусти меня, отпусти Освальда со мной. У него преданное

сердце, я знаю, что он способен на настоящую любовь!

— Дурочка ты дурочка! — зловеще засмеялся в ответ король Дормидонт. — Я хочу быть

бессмертным — и буду им! А ты умрешь вместе с конюхом, на которого променяла меня,

короля! Я и так пережил бы тебя, как пережил других своих жен. Мне на роду написано

всегда быть вдовцом: потому что я — бессмертен, а жены мои — смертны! Стража! Взять

ее!

Стражники бросились было к королеве Маддалене, но она властным жестом остановила

их. Откуда-то из складок плаща вытащила она небольшую склянку и плеснула из нее в

лицо королю со словами:

— Ты будешь бессмертным! С этого часа, с моего приказа становись чудищем озерным и

убирайся жить в воду! На счет три в озеро беги! Раз, два, три!..

Все остолбеневшие подданные увидели, как король Дормидонт на их глазах превращается

в страшное создание с длинной шеей и маленькой головой, похожее на гигантского ящера.

Злобно сверкнув черными глазками, ящер проворно побежал к озеру, что плескалось за

стенами королевства, и грузно шлепнулся в воду на счет «три». Только круги по воде

пошли.

— Развяжите Освальда, — скомандовала королева Маддалена стражникам. — Сами

видите, короля больше нет, вы теперь должны подчиняться мне.

Когда Освальд был освобожден и, потирая затекшие от веревок запястья, подошел к

Маддалене, она сказала:

— Я не хочу оставаться здесь, жить возле этого озера. Давай уедем отсюда навсегда,

чтобы ничто не напоминало нам о короле Дормидонте.

— Но как быть с королевством? — спросил Освальд.

— Очень просто, — ответила Маддалена. Она обвела город-королевство пальцем и

сказала: — Королевство, стань одно арбузное зерно!

И в этот же миг городские стены, дома и все, кто жили в них, и все, кто были на улице,

исчезли, а к ногам Маддалены упало черное арбузное зернышко. Она протянула его

Освальду и сказала:

— Держи, оно поедет с нами.

После этого они сели вдвоем на белого жеребца Маддалены, он — сзади, она — спереди,

и поскакали в восточную сторону. Они ехали, не останавливаясь, семь дней и семь ночей.

После конь их пал замертво, и сами они легли на землю и проспали три дня. А когда

проснулись, огляделись по сторонам и увидели, что вокруг прекрасная долина. Под

ногами их был зеленый луг с шелковой травой, рядом текла ласковая речка с

хрустальными водами. И Маддалена сказала:

— Ты будешь король и мой властелин, а я — твоя госпожа и королева. Мы будем жить

тут долго и счастливо и умрем в один день. Доставай арбузное зерно!

И они посадили арбузное зернышко в благодатную землю и полили водой из речки. И оно

сразу проросло — и вокруг Маддалены и Освальда встало королевство Маврикия.

Вы спросите: откуда же Маддалена умела колдовать? Очень просто: ее многому научил

муж-аптекарь, он, и правда, был чернокнижник. Что стало с королевством Маврикией

дальше? Это совсем другая история, об этом мы поговорим как-нибудь в другой раз.

Скажу только, что Маддалена и Освальд, и правда, стали королем и королевой, жили

долго и счастливо, и было у них пятеро детей.

Что же касается короля Дормидонта… Да вы сами знаете: он и сейчас живет в озере Лох-

Нес, и многие ученые надеются как-нибудь его поймать или хотя бы сфотографировать.

Но у них ничего не выходит. Король Дормидонт не хочет становиться публичной фигурой

в том обличье, которое получил от королевы Маддалены. А расколдовать его никто не

может.

‌

‌